Коллаж и иллюстрация 4


В мою жизнь вошел коллаж. Я режу бумагу, картон, клею, вырезаю, соединяю в фотошопе сканы еловых веток и рисунки, а недавно купила брусок дерева и резаки. К сожалению, я пока не могу проиллюстрировать новые эксперименты, но надеюсь это исправить как можно скорее. Мне всего-то должны были сказать: «И так можно!» А я бы: «Что правда-правда? И так оказывается можно?» И оказалось, что в иллюстрации можно все!

Однако мое знакомство с коллажом состоялось намного раньше. Шесть лет назад, на третьем курсе института, я выбрала тему диплома. Мне хотелось писать о коллажах американского художника Роберта Раушенберга. В то время я почти не рисовала и интересовалась искусством исключительно с теоретической позиции. Коллаж – плодотворная почва для теорий.

В этом посте мне захотелось совместить теоретические знания тех лет с практическими этих. Интересно, как сильно изменилось мое представление о коллаже с тех пор, как я начала рисовать. В институтские годы в поле моего зрения были исключительно художники fine arts. Я ничего не знала об иллюстрации и тем более не знала, как много талантливых художников совмещают в своих работах разные материалы, техники или, как сказала бы Юля-искусствовед, «качественно разные реальности».

Но я рада, что выбор пал именно на Роберта Раушенберга. Как и Уорхол он был основоположником нового течения – поп-арта. Он был в числе тех, кто изменил лицо искусства второй половины 20 века. И иллюстрации в частности. Он создал работы практически во всех возможных техниках и жанрах: живопись, реди-мейд, шелкография, театральные декорации, фотография, хореография и медиарт.

Я часто попадала под обаяние художников, которые могут работать по-разному. И только сейчас я начала приближаться к этому умозрительному идеалу, используя в качестве выразительных средств не только бумагу и краски. Но, может, это зерно было посеяно еще тогда?

Вот, что я написала во введении: «Начиная с 1953 года, Роберт Раушенберг раздвигает границы традиционной коллажной техники, включая трехмерные предметы в произведения, которые получат название «комбинированные» работы. В них реализовалась эстетика, согласно которой любая вещь способна стать частью произведения искусства. Многие предметы, использованные им в работе, были найдены на улицах Нью-Йорка и представляли собой «археологические раскопки», повествующие о жизни и деятельности американских людей. Самыми знаковыми произведениями этого времени считаются «Bed» («Кровать») 1955 года, «Monograma» («Монограмма») 1955-1958 года , «Collection» («Коллекция») 1954 года и др.

Параллельно с этим, он занимается созданием традиционных коллажных работ, в основе которых лежат вырезанные из газет и журналов снимки и личные фотографии художника. Стремясь к механизации творческого метода, художник осваивает технику переноса изображения при помощи химических растворителей. Несмотря на трудоемкость этого процесса, он активно пользуется им до 1962 года.

В этот год он открывает для себя технику трафаретной печати. Осваивая новые художественные методы, Раушенберг хотел сломать сложившиеся представления людей о картинном пространстве. Живопись, скульптура, фотография, танец — все эти определения были поставлены художником под сомнение, как в своем время они были поставлены под сомнение Марселем Дюшаном и Куртом Швиттерсом. Соединив европейский модернизм и американский прагматизм, Раушенберг сумел создать нечто абсолютно новое, далекое от первоначального источника вдохновения.

Используя «готовые предметы» или «готовые изображения» (шелкография, вырезки из прессы) в качестве основного средства выражения, Раушенберг стремился к объективизации искусства, лишенного художественного эго.

Однако в 1963 году он вовсе отказывается от использования трехмерных объектов и концентрируется на создании коллажей, в основе которых лежат шелкографические изображения. Во всех отношениях последующие два года (1963 и 1964 года) знаковые в творчестве художника: открываются новые возможности соединения реальных и абстрактных образов, появляется новый круг тем, формируется новая концепция зрения. Коллаж помогает художнику в воплощении определенного состояния сознания, а шелкография является удобным средством для быстрой фиксации внезапно появляющихся комбинаций».  

Сейчас я бы поспорила с тем, что шелкография – это быстрая фиксация. Шелкография – процесс длительный и монотонный и уже точно не связан со спонтанностью.

Роберт Раушенберг

Из этого отрывка ясно, что художник в это время находился в поиске. И, пожалуй, этот пример будет полезен тем, кто ищет свой стиль. Стиль невозможно принудительно вытащить из своего нутра. Шаг за шагом вы придете к тому, что можно будет назвать «авторским почерком».  Мы видим, как Раушенберг перебирал выразительные средства для более действенного достижения цели. А цель заключается в том, чтобы донести мысль и вызвать эмоциональный отклик у зрителя.

Говоря об эмоциях. Вчера я рассказывала родителям о новом увлечении – резьбе по дереву. После знакомства с работами испанского художника Исидро Феррера у меня возникла идея «X» включить в иллюстрации трехмерные предметы, сделанные из бруска дерева. Папа резонно спросил: «Ну почему дерево? Зачем?» Этот вопрос застал меня врасплох! Но, подумав, я смогла найти ответ. Любое изобразительное искусство состоит из набора выразительных средств. Художник обладает властью вызывать определенный набор чувств и предсказывать реакцию смотрящего. В зависимости от выразительных средств меняется интонация работы. Используя что-то помимо красок, я меняю звучание иллюстрации. Ну а самый простой ответ: «Я просто очень хочу попробовать».

Может, поиск своего стиля стоит начинать с вопроса: «Какую я хочу вызвать эмоцию?», «Какие выразительные средства помогут мне выразить эмоцию?»

Например, Роберт Раушенберг удачно изображает хаотичность нашего мира. Его коллажи выглядят так, будто мы переключаем каналы в попытках заглушить скуку. Как представитель поп-арта он использовал в коллажах популярные образы того времени: Кеннеди, космонавты, кока-кола, дорожные знаки как символ современной Америки и пр. «В основе коллажей этого времени лежат две волнующих Раушенберга темы — город и космос. Используя снимки, изъятые их прессы, он одновременно передает свой личный взгляд на обозначенный круг тем и, вместе с тем, транслирует действительность средств массовой информации».

А я, включая картон, бумагу, дерево в иллюстрации хочу зрителя немного запутать, задержать его взгляд на работе чуть дольше обычного. Совершенно не знаю, получится у меня это сделать или нет. Но как я узнаю, если не попробую?

Коллаж, ассамбляж, «комбинированные» работы, реди-мейд – это явления не новые, и ими трудно кого-то удивить. Или все же нет? Или иллюстрации, в которых появляется фрагмент фотографии невольно останавливает наш взгляд?

Изабель Арсено

Или сочетание графики и дерева вызывают смятение?

Исидро Феррер

И вопрос «зачем» будет преследовать еще многих, кто пытается найти иные пути к сердцу зрителя. Пути, которые известны сотни лет, но для многих остаются не пройденными.

Если вам интересны мои размышления на тему коллажа, дайте знать! Отрывки, которые я привела в этом посте были взяты только из введения. Дальше еще много занимательного!

P.S. А еще у Меламеда есть лекция про коллаж.

Если вам нравится читать мои тексты и очень лень заходить на сайт через социальные сети, подписывайтесь на рассылку. Вам будет приходить только одно письмо в неделю.


Добавить комментарий

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.

4 мыслей про “Коллаж и иллюстрация

    • Юля Прохоцкая От автора

      Спасибо, Полина! О многом хочется написать. Впервые за долгое время список тем накопился огромный, а времени нет(((((((( По возможности, буду продолжать! Еще раз спасибо за комментарий!